Tag Archives: публикации в сми

Передача Александра Архангельского на телеканале Культура «Маленьких не бьют?» о слияниях школ.

Цитаты:

Алексей Кузнецов, учитель истории гимназии №1543 «Почти у всех
реформаторов в России есть иллюзия, что есть универсальное средство от
всего. Дальше включается соцсоревнование чиновников. Когда школа
маленькая и работает сама, чиновник как бы не при чём. А здесь он при
чём — он руководит, есть движуха, есть цифры…»

Анатолий Каспржак, профессор Института образования НИУ ВШЭ: «Моё
отношение к укрупнению школ колебалось от абсолютного отрицания к
некоторому принятию и обратно. Мы боимся, что будет как в анкекдоте
про внучку декабриста, «чтобы не было богатых». Лозунг «пятилетку в
три года» у нас в стране ещё никто не отменял, поэтому мы нарезали без
всякой головы территориальную карту и начинаем их <школы> соединять. Возникает подозрение: а может, действительно деньги хотим сэкономить? Я бы предложил чуть-чуть сбавить административный раж. Вообще, надо иногда думать».

Михаил Шнейдер, директор гимназии №45:
«Интеллектуал», Химический лицей — есть школы, которые вообще в модель подушевого финансирования не укладываются. Понятно, что либо их надо финансировать по совершенно другим нормативам, либо их надо
финансировать программно-целевым образом. Просто умножив норматив на
количество детей и прибавив к этому коммуналку, мы получим для них
банкротство, причём в очень короткие сроки. … Распространение такого
менеджмента на школы приводит к утрате смыслов. <…> От
<специализированных> школ никто нигде в здравом уме не отказывался».

Иван Ященко, директор Центра педагогического мастерства: «Ребёнок,
который может взять больше, должен финансироваться больше. <…> Город должен разбираться с каждой уникальной ситуацией отдельно — помогать, консультировать».

Сергей Казарновский, директор образовательного центра-школы № 686:
«Есть не только <школы> сильные и слабые, есть другие».

Алексей Сгибнев: «Говорят, что реформа началась потому, что раньше
директора школ с плохими результатами договаривались с начальством и
получали больше всех. Но теперь, после реформы, школы с хорошими
результатами, директора которых не смогли договориться с начальством,
стали получать меньше всех».

http://tvkultura.ru/video/show/brand_id/20905/episode_id/1145034/video_id/1103245%D0%9F%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%B4%D0%B0%D1%87%D0%B0

Реклама

Ответ на интервью вице-мэра Москвы Л.М. Печатникова газете «Коммерсант»

В своем интервью вице-мэр Москвы Л.М. Печатников высказал несколько спорных тезисов о школе Интеллектуал. Члены управляющего совета школы подготовили ответ на это интервью.

«Да, школа «Интеллектуал» у нас сейчас главный инициатор митингов и протестов».

Так сложилось, что в «Интеллектуале» есть много людей, которые считают, что общественно значимые вопросы требуют публичных обсуждений. Когда нашу школу попытались насильственно объединить с гимназией №1588, мы стали гласно ставить эту проблему, однако следом за нами быстро пошли другие школы (школа 1189, коррекционные школы, школы для инвалидов и т.д.), и стало ясно, что в Москве есть большие системные проблемы в области образования.

«Она создавалась как школа для одаренных детей из малообеспеченных семей и финансировалась как интернат, где дети живут и питаются пять раз в день».

Школа создавалась просто для детей с особыми образовательными потребностями. Никакого специального отбора по социальному статусу у нас не было и нет. В «Интеллектуале» учатся дети из разных семей (около 40% из т.н. льготных категорий), а единственный критерий приема в школу – успешное прохождение трех туров вступительных испытаний. Интернат предназначался не для малообеспеченных детей, которых не могут прокормить дома. Интернат нужен всем детям, которые живут далеко от школы (в частности, в Зеленограде и «Новой Москве»), и тратят на дорогу много времени. Благодаря интернату создается особая обучающая среда (занятия заканчиваются вечером).

Читать далее

Последние публикации СМИ об Интеллектуале

Троицкий Вариант. Алексей Сгибнев: Финансирование школ Москвы: взгляд изнутри

Ответ Алексея Сгибнева на статью Ивана Ященко «„Обычные“ и „необычные“ школы Москвы»

Коммерсант. Жертвы школьного уравнения

К чему ведет укрупнение образовательных учреждений
Пикеты, митинги, петиции — за последний месяц московские учителя и родители создали настоящее движение против объединения школ. Примеров, когда не согласные с созданием «образовательных холдингов» чего-то добивались, почти нет, и главная тревога — что в Москве разрушается система работы с одаренными детьми и с детьми-инвалидами.

«Уже понятно, что объединение, которое
власти позиционировали как дело добровольное, оказалось принудительным и коснется, похоже, всех 3,5 тыс. московских учебных заведений. При
этом расчетов эффективности образования, как и расходования средств в новых холдингах, у властей, как отмечают эксперты, просто нет. Как станут финансировать работу с  одаренными детьми, оплачивать труд
коррекционных педагогов — не ясно.  Единственным очевидным итогом реформы приходится признать уравниловку».

Колонка Александра Привалова в Эксперте: О головокружении от успехов Калины

«Даже для школ во всех отношениях средненьких слияния оказались тяжёлой встряской, но для школ так или иначе особых они большей частью становятся смертным приговором. Гибнут школы коррекционные — и школы для одарённых детей; и то и другое — преступление. <…> Одарённый и мотивированный ребёнок, как правило, остаётся таковым и быстро развивается лишь в среде себе подобных; будучи пересаженным в «рядовой» класс, он обычно получает пару раз по шее за то, что слишком умный, — и перестаёт быть как мотивированным, так и одарённым. Надо быть чиновником, чтобы не понимать масштаба потерь, которые несёт при этом и ребёнок, и его семья — и город — и страна».

Колонка Евгения Бунимовича в РБКПочему школы для одаренных оказались в зоне риска

«Когда мы говорим об одаренных детях, предоставлении им возможностей для оптимального развития – разве это развитие только в интересах семьи? Одаренные дети – это те, кто умеет много и серьезно работать. Имеет смысл городу вкладываться в это? Конечно. Кто дальше будет двигать наши технологии и науки? Дети, которые хотят и могут больше и глубже работать в области математики, естественных и других наук и технологий. Это наш главный потенциал».

Радио Свобода: Классный час. Инклюзия для одаренных

Выдающие способности и финансовые возможности обсуждают заместитель директора лицея «Вторая школа» Александр Ковальджи, директор школы №1199 «Лига Школ» Сергей Бебчук, учитель химии школы №1189 им. Курчатова Александр Новичков и отец ученика школы «Интеллектуал» Виктор Сонькин.

Ответы на заявления заместителя министра образования правительства Москвы Александра Гаврилова в эфире Эха Москвы

Департамент образования после месяца молчания при огромном количестве публикаций наконец прокомментировал историю с финансированием и слиянием школы-интерната «Интеллектуал».

Приводим высказывания заместителя министра образования правительства Москвы Александра Владимировича Гаврилова, прозвучавшие в эфире Эха Москвы и  наши комментарии:

АГ: «Давайте не будем кривить душой и проговорим, что помимо 63 000 руб на каждого ребёнка школа «Интеллектуал» получила грант в 10 млн рублей и если их разделить на небольшой контингент вашей школы, это уже получится близко к 110 тысячам на ребёнка сумма. Дополнительно есть возможность получения грантов учителями».

Ответ: Итак, нам предлагают сложить подушевое финансирование в 63 000 руб и грант, полученный «Интеллектуалом» в пересчёте на ученика (10 000 000 / 290 ~ 34 500 руб) и оказывается, что это уже почти «пилотное» финансирование (97 500 руб). Это очень странная операция. Во-первых, подушевое финансирование – это то, что положено всем за определённый объём работ (освоение учеником образовательных стандартов), а грант – это премия, которую лично ты заслужил (и маленькой школе сделать это труднее, чем большой). Грант нам дали НЕ в компенсацию за невхождение в пилот, а потому, что мы его честно заработали (и маленькой школе сложнее это сделать, чем большой).

Читать далее 

Виктор Сонькин: Спасти «Интеллектуал»

О ВРЕМЕНИ И О ТРУБЕ
Спасти «Интеллектуал»

Ну что, спрашиваю я у сына, чувствуется у вас там нервозность? Ага, говорит он, еще как чувствуется. Известие пришло, когда у меня было окно [в “Интеллектуале” дети учатся по принципу почти университетскому], и на перемене я увидел одноклассниц — они так потянулись ко мне, “Мии-иша”, и я все понял. Постояли, уткнувшись друг в друга, как усталые лошади.

Я подумал — что мне это напоминает? Много что: оркестр, который играет Nearer, My God, to Thee на борту “Титаника”; лондонцев, которые рассказывают друг другу греческие мифы и семейные истории в бомбоубежищах в 1940-м; ленинградскую премьеру 7-й симфонии Шостаковича в 1942-м. Конец некоторых из этих историй можно условно считать счастливым.

Школа “Интеллектуал” существует с 2003 года; в прошлом году ученики, учителя и выпускники радостно отметили свою первую круглую дату. За эти годы она уверенно расположилась в топ-500 школ России (в топ-20 по параметру “высокий уровень развития таланта учащихся”), в топ-100 школ России по ряду предметных областей, от физико-математической до социально-гуманитарной, в топ-20 школ Москвы. Выпускники “Интеллектуала” выигрывают олимпиады, отлично сдают ЕГЭ, поступают в лучшие университеты Москвы (тут следует заметить, что академическая концепция “Интеллектуала” предполагает продолжение образования в российских вузах). В эффективности созданной модели, держа цифры в руках, не сможет усомниться ни один человек, знающий арифметику.

Я впервые столкнулся с “Интеллектуалом”, познакомившись с несколькими учителями и немного зная Евгения Владимировича Маркелова, человека с внешностью Хагрида и Карабаса-Барабаса, отца, основателя и ангела-хранителя школы. Маркелов умер в 2010 году, его приземистый памятник стоит теперь у входа в школу. Пройдя тяжелые вступительные испытания, в “Интеллектуал” поступил сын моей жены, сейчас — аспирант в одном из биологических институтов дышащей на ладан РАН. На первой своей линейке он стоял не с цветами, а с жабой, которую собственноручно поймал для учителя биологии, и ничем особенно не выделялся из толпы. Маркелов произнес директорскую речь, которую я приведу целиком: “С праздником вас всех! Я предлагаю пойти и заняться нашим любимым делом — учиться!”

Да, это особая школа. Люди вообще бывают разные, у них разные способности и потребности. В эту школу принимают тех, кто хочет и может учиться, и кто при этом доброжелательно относится к успехам других. То, что это государственная, т. е. бесплатная школа, где и шестиразовое питание, и интернат доступны ребенку из семьи с любым уровнем достатка — это важнейший залог интеллектуального уровня школьников. Или в России больше не принято гордиться Ломоносовыми, Циолковскими, Курчатовыми и другими гениями из скромной среды? Протест против “элитарных” школ часто пытаются представить как социальный. Ну вот вам пожалуйста, школа, для поступления в которую не нужно происходить из семьи министров, бизнесменов или кинозвезд. Если социальный протест — это протест против мозга, то тогда да, пожалуй.

Кстати, о деньгах. Иногда приходится слышать, что педагогический коллектив держится за свои повышенные зарплаты. Это вздор: люди с такими способностями и такими социальными навыками (все-таки учитель — это довольно высокий уровень социальной адаптированности) могли бы зарабатывать на порядки больше. Им просто нравится учить детей; многие видят в этом форму служения — человечеству, стране, новым поколениям, назовите это как хотите. Вы искали настоящий, без фальши и агрессии, патриотизм? Вот он.

Я знаю, о чем говорю; мы с женой уже несколько лет ездим преподавать в летние и зимние школы, куда дети съезжаются, чтобы добровольно провести месяц каникул в семинарах, учебных походах, зачетах. Преподаватели этих школ не то что не получают денег — сами платят за походные харчи и прочие организационные расходы. При этом на твою лекцию приходят семиклассники и профессора одновременно, и будь любезен расскажи так, чтобы ни тем, ни другим не было скучно. Вы думаете, у десятков преподавателей, которые туда съезжаются, не нашлось бы более комфортного и более прибыльного способа провести время? Вопрос риторический. Дети из “Интеллектуала” и нескольких других похожих по духу школ составляют заметный процент учеников. Они очень разные — хулиганистые и тихие, артистичные и занудные, спортивные и неуклюжие; их объединяет одно: они любят работать головой.

Это — гордость страны; это — ее будущее, если оно еще есть. Иногда кажется, что чиновники всерьез, как руководство к действию, восприняли придуманные полковником ФСБ (не тем) слова Тэтчер — что, мол, в России достаточно оставить 15 миллионов человек, чтобы обслуживать трубу. Уничтожение “Интеллектуала” — это уже не намек на то, что нам другой человеческий капитал не нужен, это открытая декларация. И тогда нам всем точно труба.

Источник